Об обучении в РАНХиГС

C 05.02.2017г. по 17.02.2018г. прошёл обучение на курсах повышения квалификации в Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации по программе «Управление государственными и муниципальными закупками» в объёме 120 часов.

Rahings

О бесправном положении свидетеля в уголовном процессе

Опубликовано: Гражданин и право. № 8. 2017.
Автор: Фурлет Сергей Петрович, адвокат коллегии адвокатов «Союз московских адвокатов»


Аннотация
: Статья содержит конкретные признаки несовершенства норм УПК РФ, закрепивших, по мнению автора, бесправное положение свидетеля в уголовном процессе, несоответствующих Конституции РФ и способствующих практике скрытых уголовных преследований, незаконно осуществляемым в отношении свидетелей, а также изложены предложения по устранению этого несовершенства.

Annotation: The article considers the drawbacks of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation allocated the powerless witness status in the criminal procedure, not complied with the Russian Federation Constitution and encouraged the practice of illegally conducted latent criminal prosecution of the witnesses. The article also includes the suggestions to remove (eliminate) of the imperfection.

Ключевые слова: свидетель, иммунитет, скрытое уголовное преследование, заподозренный свидетель, адвокат свидетеля, защитник.

Keywords: witness, witness immunity, latent criminal prosecution, suspected witness, witness’s attorney-at-law, witness’s defender.

Анализ норм УПК РФ, регламентирующих правовое положение свидетеля в уголовном процессе, указывает на их несовершенство, внутреннюю несогласованность с нормами других федеральных законов, закрепление зависимости свидетеля от органов расследования, существенно затрудняющее исполнение им своей главной функции – содействия правосудию. Это способствует уклонению граждан от явки в суд, мотивирует их на лжесвидетельство, создаёт условия для осуществления скрытых уголовных преследований свидетелей, незаконно осуществляемых правоохранителями. Характерными чертами этого законодательного несовершенства являются:

1.Несоответствие понятия «свидетель» нормам Конституции РФ и принципам уголовного судопроизводства

Согласно ч.1 ст. 56 УПК РФ, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний. Как видим, законодатель установил два условия привлечения гражданина к даче свидетельских показаний по уголовному делу:

1) возможное обладание им сведениями, имеющими значение для дела;
2) его вызов органами расследования для дачи свидетельских показаний.

Вместе со ст. 188 УПК РФ, определяющей порядок вызова свидетеля на допрос, эта норма, полностью лишает гражданина всякой возможности без вызова, а по собственной воле, явиться в орган расследования и дать свидетельские показания по уголовному делу, что прямо нарушает его конституционные права — свободно передавать и распространять информацию любым законным способом и участвовать в отправлении правосудия (ч. 4 ст. 29, ч.4 ст. 32 Конституции РФ).

Часть 1 ст. 56 и ст. 188 УПК РФ не предусматривают для стороны защиты какой-либо возможности участия в привлечении граждан к допросу в качестве свидетелей, что противоречит принципу состязательности сторон и норме о равенстве прав сторон, установленных ст. 15 и ст. 244 УПК РФ. Кроме того, они не согласуются с иным нормами УПК РФ, а именно:

- частью 2 ст. 159 УПК РФ о том, что участники уголовного процесса со стороны защиты, а также потерпевшие, гражданские истцы, гражданские ответчики, их представители, имеют реальные возможности привлечения граждан к допросу в качестве свидетелей;
- частью 8 ст. 234 УПК РФ о том, что по ходатайству сторон в качестве свидетелей могут быть допрошены любые лица, которым что-либо известно об обстоятельствах производства следственных действий, изъятия и приобщения к уголовному делу документов;
- частью 4 ст. 271 УПК РФ, не позволяющей суду отказать в удовлетворении ходатайства о допросе лица в качестве свидетеля, явившегося в суд по инициативе сторон.

Право гражданина на дачу свидетельских показаний по собственному волеизъявлению, а также право стороны защиты на вызов свидетеля для дачи показаний в органах расследования и в суде предусмотрено ч. 1 ст. 120 Модельного Уголовно — процессуального кодекса для государств — членов СНГ (далее — Модельный УПК СНГ), одобренного 17.02.1996г. Межпарламентской Ассамблеей государств-участников СНГ, согласно которой, свидетелем является лицо, вызванное в качестве такового органом, ведущим уголовный процесс, стороной, либо дающее, в качестве свидетеля показания в предусмотренном порядке [1]. Такие права уже давно предусмотрены УПК Азербайджана, Армении, Белоруссии, Молдовы и др. Обязанность органов расследования и судов допросить свидетеля по его просьбе, прямо установлена УПК Республики Узбекистан.

В связи с изложенным, считаю целесообразным ч. 1 ст. 56 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, которое вызвано для дачи свидетельских показаний органом дознания, предварительного следствия, судом, по ходатайству сторон или явилось для дачи показаний по своей воле».

Статью 188 УПК РФ дополнить частью 6 следующего содержания: «Гражданин вправе явиться на допрос по собственной воле и быть допрошенным в качестве свидетеля по его просьбе, а также быть вызван на допрос и допрошен по ходатайству подозреваемого, обвиняемого, их защитника, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей, либо по ходатайству сторон. Суд не вправе отказать в допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля, явившегося в суд по своей воле или по инициативе сторон».

Статью 188 УПК РФ дополнить частью 7 следующего содержания: «Если гражданин, находящийся в месте производства дознания, предварительного следствия или в суде, изъявил желание давать свидетельские показания, он должен быть допрошен, как правило, в тот же день или не позднее следующего дня. Если он об этом своём желании сообщил дознавателю, следователю или в суд по почте либо иными средствами связи, ему незамедлительно должно быть сообщено о времени и месте допроса, после чего он должен быть допрошен сразу же по прибытии».

2. Отсутствие нормы об учёте законных интересов

Особенность правового положения свидетеля состоит в том, что он, формально не являясь участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения или защиты, а фактически, всегда свидетельствует в подтверждение предъявленного обвинения либо его опровергает.

Поскольку УПК РФ относит его к иным участникам уголовного судопроизводства, некоторые полагают, что у свидетеля в процессе нет собственных законных интересов, а есть только обязанность не давать заведомо ложных показаний и не отказываться от их дачи. Между тем, свидетель, как и любой другой участник уголовного процесса, имеет собственные, только ему присущие законные интересы, а именно:

- правдиво и свободно, без всякого постороннего вмешательства и давления рассказать обо всех известных ему обстоятельствах дела;
- подтвердить в суде правдивость своих, ранее данных им показаний, с тем, чтобы не быть обвинённым в даче заведомо ложных показаний;
- находиться в условиях, обеспечивающих безопасность себе, своим близким родственникам и своему имуществу;
- находитьсяв условиях, исключающих вынужденный самооговор или оговор близких родственников и других лиц.

Эти интересы, за исключением обеспечения условий безопасности (ч. 3 ст.11 УПК РФ), в законе не закреплены, в связи с чем, предлагаю ч. 2 ст. 56 УПК РФ дополнить нормой следующего содержания: «Никто не может быть принужден давать показания против своих интересов и интересов своего супруга и близких родственников».

3. Неполный круг лиц, обладающих свидетельским иммунитетом

Установленный в ч. 3 ст. 56 УПК РФ, перечень лиц, обладающих свидетельским иммунитетом является неполным. В нём отсутствуют те, кто по объективным причинам (состоянию здоровья, в силу закона) не могут или не способны давать свидетельские показания. Например, лица, которые в силу малолетнего возраста, физических или психических недостатков не способны правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение по уголовному делу.

Кроме того, УПК РФ не предусматривает возможности производства в отношении свидетеля экспертного исследования его психического или физического состояния даже тогда, когда имеются обоснованные сомнения в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания.

Согласно ст. 196 УПК РФ, назначение и производство судебной экспертизы обязательно для установления психического или физического состояния подозреваемого, обвиняемого и потерпевшего, но не свидетеля. Непонятно, почему при возникновении таких сомнений в способности потерпевшего, в отношении него обязательно проведение указанной экспертизы, а при наличии таких же сомнениях у свидетеля, её производство не обязательно. Это законодательное несовершенство создаёт благоприятные условия для произвола со стороны правоохранителей, которые нередко на основании свидетельских показаний таких нездоровых лиц осуществляют незаконные уголовные преследования граждан.

Пример:

В 2009г. гражданин К. был обвинён СУ при УВД по Оренбургской области по ч. 2 ст. 158 УК РФ и арестован. При его защите, мною следователю были представлены медицинские документы о недееспособности единственного свидетеля, подтверждающего участие К. в этой краже. После проведения по делу судебной психиатрической экспертизы, он повторно был признан невменяемым, выяснилось, что показания об обстоятельствах кражи ему в уста «вложили» оперативные сотрудники ОВД. Незаконное нахождение гражданина К. под стражей продолжалось более 4 месяцев, после чего он был освобождён, за ним признали право на реабилитацию. К сожалению, в моей адвокатской практике такой случай далеко не единственный. Если бы в УПК РФ была норма, запрещающая допрашивать таких лиц в качестве свидетелей или обязывающая органы расследования, при наличии сомнений в их способности правильно воспринимать обстоятельства дела, производить судебные экспертизы на предмет установления их психического или физического состояния, многие невиновные граждане не подвергались бы незаконным задержаниям и арестам. В прежнем законе, действовавшем до 01 июля 2002г., такой запрет имелся, так как статья 72 УПК РСФСР наделяла таких лиц свидетельским иммунитетом, а статья 79 УПК РСФСР содержала норму об обязательном проведении экспертизы для определения их психического или физического состояния «в случаях, когда возникало сомнение в их способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания». В новом УПК РФ, введённом в действие с 01.07.2002г., эти нормы отсутствуют.

Статья 120 Модельного УПК СНГ, принятого 20 лет тому назад, также наделила этих лиц свидетельским иммунитетом. Несмотря на исключительно рекомендательный характер данного законодательного акта, все государства СНГ, за исключением РФ, включили эту норму в свои УПК. РФ является единственным государством СНГ, не наделившим данную категорию лиц свидетельским иммунитетом.

Полагаем, что дознаватели, следователи, прокуроры, секретари судебных заседаний, выполняющие свои служебные и процессуальные полномочия по уголовным делам, также должны быть наделены свидетельским иммунитетом. Это поможет покончить с порочной практикой судов, которые в целях восполнения допущенной неполноты расследования и нарушений законности, допущенных на досудебных стадиях «сглаживают» их путём допроса в судебных заседаниях в качестве свидетелей оперативных сотрудников, дознавателей, следователей, которые непосредственно участвовали в расследовании рассматриваемых судом дел. Несмотря на Определение Конституционного Суда РФ от 06 февраля 2004г. № 44-О [2], указавшего на недопустимость таких действий, они повсеместно продолжаются.

Трудно понять, почему адвокату разрешено не свидетельствовать об обстоятельствах, ставших известными из обращений за юридической помощью и её оказанием, а его помощнику и стажёру — нет, хотя они им известны, и они обязаны хранить адвокатскую тайну в силу ст. 27 и 28 Федерального закона от 31 мая 2002г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» [3].

Невозможно понять логику законодателя, не наделившего свидетельским иммунитетом третейского судью при том, что часть 2 ст. 22 Федерального закона от 24 июля 2002г. № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» [4] прямо указывает на то, что он «не может быть допрошен в качестве свидетеля о сведениях, ставших ему известными в ходе третейского разбирательства».

Несмотря на ст.16 Основ законодательства РФ о нотариате [5], разрешающую только суду «освободить нотариуса от этой обязанности сохранения тайны, если против нотариуса возбуждено уголовное дело в связи с совершением нотариального действия», он также не включен в круг лиц, обладающих свидетельским иммунитетом.
Статьи 41 и 49 Закона РФ от 27 декабря 1991г. № 2124-1 «О средствах массовой информации» [6] обязывают журналиста и работника редакции сохранять в тайне источник информации и не называть лицо, представившее сведения с условием неразглашения его имени, за исключением случая, когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом. УПК РФ и их не наделил свидетельским иммунитетом.

Такой законодательный дуализм ставит многих граждан в нелепое положение быть всегда виновным, ибо их отказ от дачи свидетельских показаний по уголовному делу на вполне законных основаниях может быть квалифицирован как преступление, предусмотренное статьёй 308 УК РФ, а дача этих показаний — как разглашение тайн и конфиденциальных сведений, охраняемых вышеуказанными федеральными законами.

В целях устранения этих противоречий, было бы разумным ч. 3 ст. 56 УПК РФ дополнить следующими лицами, не подлежащими допросу в качестве свидетеля:

- лицо, которое в силу малолетнего возраста, физических или психических недостатков не способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания;
- дознаватель, следователь, прокурор, секретарь судебного заседания — об обстоятельствах уголовного дела, ставших им известными в связи с участием в производстве по делу;
- помощник адвоката, стажер адвоката и иной работник адвокатского образования — об обстоятельствах, ставших им известными в связи с обращением к ним за оказанием юридической помощи или в связи с её оказанием;
- помощник адвоката, стажер адвоката, иной работник адвокатского образования — об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с оказанием юридической помощи;
- третейский судья — об обстоятельствах, ставших ему известными в ходе третейского разбирательства;
- нотариус – сведения составляющие тайну совершения нотариальных действий, ставших ему известными в связи с осуществлением профессиональной деятельности, за исключением случаев, когда суд освободил его от обязанности сохранения тайны, если против него возбуждено уголовное дело в связи с совершением нотариального действия;
- журналист, работник редакции средства массовой информации — установление лица, представившего им информацию с условием неразглашения его имени, за исключением случаев, когда требование о разглашении поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом.

Часть 3 ст. 195 УПК РФ, после слова «потерпевшего», дополнить словом «свидетеля». Пункт 4 ст. 196 УПК РФ, после слова «потерпевшего», дополнить словом «свидетеля». Часть 2 ст. 198 УПК РФ изложить в следующей редакции: «При назначении и производстве судебной экспертизы в отношении свидетеля, он и адвокат, оказывающий ему юридическую помощь, имеют права, установленные частью первой настоящей статьи».

4. Недостаточный объём прав свидетеля

Проведённый сравнительный анализ норм УПК государств СНГ указывает на то, что в уголовном судопроизводстве РФ свидетель лишён многих процессуальных прав, которые этот участник судопроизводства имеет в других странах Содружества. Например, он не вправе:

1) знать, по какому делу он вызван для дачи свидетельских показаний, а в Азербайджане, Казахстане и Молдове он такое право имеет;
2) отказаться от представления в органы расследования предметов и документов, если они могут являться доказательствами, свидетельствующими против него или его близких родственников, а в Молдове ему это право представлено;
3) быть допрошенным по его просьбе, а в Узбекистане ему это право представлено;
4) собственноручно изложить свои показания в ходе досудебного производства по делу, а во всех странах СНГ он наделён этим правом, при том, что до 01 июля 2002г. по ст. 160 УПК РСФСР он имел такое право;
5) знакомиться с протоколом судебного заседания в части данных им показаний и требовать внесения в него замечаний для полноты и правильности отражения в нём своих показаний, а в Азербайджане он это право имеет.

Часть 2 ст. 24 Конституции РФ обязывает должностных лиц органов государственной власти обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, однако в уголовном судопроизводстве данная норма действует ограниченно. Например, свидетелю может быть отказано в ознакомлении с частью протокола судебного заседания, касающейся изложения его показаний потому, что согласно ч. 7 ст. 259 УПК РФ – это право, а не обязанность председательствующего судьи.

Наиболее ярко несовершенство действующего законодательства проявляется в том, что при участии свидетеля в одних следственных действиях ему разрешено пользоваться помощью адвоката, а при участии в других — он этого права лишён. Согласно ст. 182, 183, 189, 192 УПК РФ при обыске, выемки в его помещении, допросе и очной ставки, он может пользоваться помощью адвоката, а при осмотре в его жилище, следственном эксперименте, предъявлении для опознания, проверки показаний на месте, освидетельствовании, получении образцов для сравнительных исследований — нет. Такая регламентация существенно ограничивает конституционное право свидетеля на получение квалифицированной юридической помощи, гарантированное ему частью1 ст. 48 Конституции РФ, в связи с чем, предлагаю ч. 4 ст. 56 УПК РФ изложить в следующей редакции:

1) являться на допрос с адвокатом в соответствии с частью пятой статьи 189 настоящего Кодекса;
2) знать, по какому делу он вызван органом расследования для дачи свидетельских показаний;
3) знать основания, по которым орган расследования полагает, что ему известны какие-то обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения этого уголовного дела;
4) по собственной воле или по заявленному ходатайству стороны защиты явиться в орган дознания или предварительного следствия для дачи свидетельских показаний, имеющих значение для дела;
5) отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен пунктом 4 статьи 5 настоящего Кодекса. При согласии свидетеля дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний;
6) давать показания на родном языке или языке, которым он владеет;
7) пользоваться помощью переводчика бесплатно;
8) собственноручно изложить свои свидетельские показания в ходе досудебного производства по уголовному делу;
9) быть дополнительно допрошенным по его ходатайству;
10) при своём допросе, очной ставки, проверки показаний на месте и следственном эксперименте, осуществлять собственными техническими средствами аудио-видео-записи своих показаний, и использовать их в качестве доказательств точности сделанных в протоколах записей, нарушений закона, его прав, свобод и законных интересов, которые могли быть допущены при производстве этих следственных действий;
11) ходатайствовать о приобщении к материалам дела аудио-видео-записей его свидетельских показаний, получении от него образцов для сравнительных исследований, назначении и производстве в отношении него освидетельствования и/или судебных экспертиз, признании потерпевшим, при причинении ему преступлением ущерба или вреда;
12) заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда;
13) получать заверенные подписью дознавателя и/или следователя копии всех принятых в отношении него постановлений, протоколов процессуальных и следственных действий, произведённых с его участием, актов освидетельствования и заключений экспертиз, которым он был подвергнут;
14) иметь права, предусмотренные ч.1 ст. 198 УПК РФ, в случае назначения в отношении него судебной экспертизы;
15) получить, по заранее заявленному ходатайству, заверенную выписку из обвинительного акта или обвинительного заключения, содержащую изложение текста ранее данных им по делу показаний;
16) быть заранее уведомлённым о возможном его допросе в суде посредством использования систем видеоконференц-связи;
17) при даче своих показаний в судебном заседании осуществлять их аудио-видео-запись и ходатайствовать о её приобщении к материалам уголовного дела;
18) по заранее заявленному ходатайству, знакомиться с частью протокола судебного заседания, касающейся изложения его показаний, данных в судебном заседании, получать заверенную выписку этой части данного протокола, делать замечания на указанную часть протокол судебного заседания;
19) ходатайствовать о применении мер безопасности, установленных частью третьей статьи 11 настоящего Кодекса;
20) получать юридическую помощь адвоката при производстве, с его присутствием или участием в осмотре его жилища, следственном эксперименте, предъявлении для опознания, проверки показаний на месте, освидетельствовании, получении образцов для сравнительных исследований, назначении экспертизы, дачи показаний в судебном заседании, в т. ч. с использованием систем видеоконференц-связи, при рассмотрении председательствующим судьей его замечаний на протокол судебного заседания;
21) заявлять отвод переводчику, адвокату, психологу, педагогу, специалисту и эксперту, участвующим в следственных действиях с его участием, освидетельствовании и экспертном исследовании.

5. Недостаточный объём прав адвоката свидетеля

По действующему УПК РФ свидетель вправе получать правовую помощь адвоката только при его участии в четырёх видах следственных действий: обыске, выемки, допросе и очной ставки. При обыске и выемке он никаких прав не имеет, так как при данных следственных действиях ему разрешено только присутствовать (ч.11 ст. 182, ч.2 ст. 183 УПК РФ). Если на допрос и очную ставку свидетель явился с адвокатом, приглашённым для оказания юридической помощи, последний может пользоваться только правами, установленными ч.2 ст. 53 УПК РФ, а именно:

- давать свидетелю в присутствии следователя краткие консультации;
- задавать с разрешения следователя вопросы допрашиваемым лицам;
- делать письменные замечания по поводу правильности и полноты записей в протоколах этих следственных действий, которые следователем могут быть отведены, но обязательно занесены в протоколы;
- по окончании допроса делать заявления о нарушениях прав и законных интересов свидетеля, которые также подлежат занесению в протокол допроса.
Адвокат, оказывающий правовую помощь свидетелю, законодательно лишен тех прав, которые ему необходимы для оказания квалифицированной юридической помощи, а именно он не может:
- знать, по какому уголовному делу вызвано лицо, которому он оказывает помощь;
- участвовать во всех следственных действиях, производимых с участием свидетеля, которому он оказывает юридическую помощь;
- знакомиться с протоколами следственных действий, которые были ранее произведены с участием свидетеля, но без участия адвоката, оказывающего ему правовую помощь, и получать их копии;
- быть заранее уведомлённым о времени и месте производства следственных действий с участием свидетеля, которому он оказывает юридическую помощь.
Такая скудность видов юридической помощи, которую адвокат может оказывать свидетелю, объясняется тем, что его правовой статус, как участника уголовного процесса, уполномоченного на оказание свидетелю юридической помощи, в УПК РФ вообще никак не установлен.

В отличие от РФ, в большинстве государств СНГ этот вопрос законодательно уже давно решён путём введения в УПК новых, самостоятельных процессуальных участников уголовного процесса, правомочных оказывать свидетелям необходимую юридическую помощь, в частности: в Азербайджане это представитель свидетеля; в Казахстан, Молдове и Узбекистане это адвокат свидетеля; в Кыргызстане это защитник свидетеля.

С учётом изложенного, предлагаю ввести в УПК РФ нового участника уголовного судопроизводства – адвоката свидетеля и наделить его конкретными процессуальными правами по оказанию свидетелю квалифицированной юридической помощи.

6. Невозможность защищаться от скрытого уголовного преследования

Как известно, в РФ органы уголовного преследования уже давно применяют практику скрытых уголовных преследований свидетелей. Её суть состоит в том, что правоохранители, располагая или не располагая любыми (достоверными, ошибочными или сфальсифицированными) сведениями о причастности заподозренных граждан к совершению преступлений, но не имея достаточных доказательств этому, часто возбуждают уголовные дела по недостаточным, часто надуманным, ошибочным или сфальсифицированным основаниям о преступлениях, якобы совершённых в условиях неочевидности, после чего, фактически заподозренных граждан допрашивают в качестве свидетелей, хотя фактически они являются подозреваемыми. Эта практика направлена только на решение следующих незаконных задач:

а) лишить гражданина имеющегося у него конституционного и процессуального права не свидетельствовать против себя и своих близких родственников;
б) любой ценой добиться от него признательных или «нужных» показаний, в т. ч. в условиях, не исключающих его вынужденное самоизобличение и самооговор, которые затем в протоколе оформляются как данные им добровольно и без всякого принуждения;
в) лишить гражданина возможности пригласить для оказания необходимой юридической помощи адвоката, способного реально помешать реализации двух вышеуказанных задач.

При такой практике гражданин формально и только временно «числиться» свидетелем, а фактически является подозреваемым, в отношении которого осуществляется скрытое уголовное преследование. В дальнейшем, для такого свидетеля это заканчивается предъявлением обвинения на самых поздних стадиях расследования дела с тем, чтобы вступивший в дело адвокат не имел уже возможности и времени на эффективную защиту. О недопустимости такой практики неоднократно указывалось в разъяснениях, данных Конституционным Судом и Верховным Судом РФ.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховный Суд РФ от 31 октября 1995г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» [7] каждое лицо, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы этого лица. [8]

27 июня 2000г. Конституционный Суд РФ в постановлении № 11-П дал разъяснения о том, что «Конституция Российской Федерации не связывает предоставление помощи адвоката (защитника) с формальным признанием лица подозреваемым либо обвиняемым, а следовательно, и с моментом принятия органом дознания, следствия или прокуратуры какого-либо процессуального акта, и не наделяет федерального законодателя правом устанавливать ограничительные условия его реализации». [9]

Несмотря на это, практика осуществления скрытых уголовных преследований свидетелей не только не сократилась, но и значительно расширилась. Например, в 2014г. мною, по четырём уголовным делам осуществлялась защита предпринимателей, обвинённых в мошенничестве по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Хронологический анализ выполненных с их участием следственных действий показал, что все они, будучи фактически заподозренными в совершении преступлений, формально имели процессуальный статус свидетелей и в отношении них, в период от 2 до 7 месяцев, осуществлялись скрытые уголовные преследования. Следователи многократно продлевали сроки расследования этих дел в целях выполнения процессуальных действий, направленных на их изобличение в совершении преступлений, о чём прямо указывали в вынесенных об этом постановлениях, однако всё это время умышленно «держали» их в качестве свидетелей чем, реально лишали их права на свою защиту. Именно в это время их многократно допрашивали в качестве свидетелей, незаконно предупреждая об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от их дачи. Всё это указывает на то, что органы расследования игнорируют положения п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», о том, что « правом на защиту обладает любое иное лицо, права и свободы которого существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, свидетельствующими о направленной против него обвинительной деятельности, независимо от формального процессуального статуса такого лица». [10]

Поскольку, реально противодействовать незаконной практике осуществления органами уголовного преследования скрытым уголовным преследованиям свидетелей, в течение 20 лет одними только средствами официального толкования права не удалось, предлагаю применить следующие меры законодательного характера:

1) ввести в УПК РФ нового участника уголовного судопроизводства — свидетеля, имеющего право на защиту, так называемого, заподозренного свидетеля, наделив его соответствующими правами и обязанностями;
2) разрешить адвокатам-защитникам в рамках имеющихся полномочий осуществлять в уголовном судопроизводстве защиту прав, свобод и законных интересов свидетелей, имеющих право на защиту.

В результате этих мер, правоохранительные органы получат законные основания для осуществления уголовных преследований всех заподозренных ими лиц, а сами эти лица — все предусмотренные Конституцией РФ и УПК РФ средства правовой защиты от этих подозрений. В этих целях, предлагаю внести в УПК РФ следующие дополнения:
Часть 1 статьи 49 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Защитник — лицо, осуществляющее в установленном настоящим Кодексом порядке защиту прав и интересов подозреваемых, обвиняемых и свидетелей, имеющих право на защиту (заподозренных свидетелей), и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу»;

Статью 56 УПК РФ дополнить следующими частями:

- частью 10 следующего содержания: «В случае, если на лицо в заявлении или любом ином сообщении о преступлении указано, как на лицо, его совершившее или причастное к его совершению, либо об этом даны показания другим участником уголовного судопроизводства, но в отношении него не возбуждено уголовное дело, оно не задержано по подозрению в его совершении и к нему не применена мера пресечения до предъявления обвинения, оно приобретает статус свидетеля, имеющего право на защиту (заподозренного свидетеля)»;

- частью 11 следующего содержания: «Свидетель, имеющий право на защиту (заподозренный свидетель) вправе пользоваться всеми правами свидетеля и имеет следующие дополнительные права:

1) самостоятельно или через третьих лиц пригласить адвоката;
2) давать показания в присутствии избранного им адвоката, участвующего в качестве защитника до начала его допроса;
3) знакомиться с документами, указанными в части десятой настоящей статьи, за исключением материалов оперативно — розыскной деятельности;
4) знакомиться со всеми протоколами следственных действий, произведенных с его участием, и подавать на них замечания, представлять доказательства;
5) заявлять отводы;
6) на очную ставку с теми, кто свидетельствует против него;
7) приносить жалобы на действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора»;

- частью 12 следующего содержания: «Свидетель, имеющий право на защиту (заподозренный свидетель), обязан: являться по вызовам органа дознания, предварительного следствия, прокурора и суда; соблюдать установленный порядок при производстве следственных действий и во время судебного заседания»;
- частью 13 следующего содержания: «Свидетель, имеющий право на защиту (заподозренный свидетель), не может быть подвергнут судебной экспертизе или освидетельствован, за исключением случаев, установленных частью первой статьи 179 настоящего Кодекса»;
- частью 14 следующего содержания: «Свидетель, имеющий право на защиту (заподозренный свидетель), не может быть привлечён к ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний в соответствии со статьями 307 и 308 Уголовного кодекса Российской Федерации».
- частью 15 следующего содержания: «За разглашение данных предварительного следствия свидетель, имеющий право на защиту (заподозренный свидетель), несёт ответственность в соответствии со статьёй 310 Уголовного кодекса Российской Федерации».

Полагаю, что указанные меры позволят устранить отмеченные несовершенства УПК РФ и сделают свидетеля полноправным участником уголовного судопроизводства, способным реально содействовать правосудию.

[1]. Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств-участников СНГ, принятый 17.02.1996г. Межпарламентской Ассамблеей государств-участников СНГ.
[2]. См.: Российская газета. 2004. 7 апреля.
[3]. См.: Российская газета. 2002. 5 июня.
[4]. См.: Российская газета. 2002. 27 июля.
[5]. См.: Российская газета. 1993. 13 марта.
[6]. См.: Российская газета. 1992. 8 февраля.
[7]. См.: Российская газета. 1995. 28 декабря.
[8]. См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» // Российская газета. 1995. 28 декабря.
[9]. СМ.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000г. № 11-П // СЗ РФ. 2000. № 27. Ст. 2882.
[10]. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» // Российская газета. 2015. 10 июля.

Библиография:

1. Закон РФ от 27декабря 1991г. № 2124-1 «О средствах массовой информации» // Ведомости СНД м ВС РФ. 1992. № 7. Ст. 300.
2. Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993г.) // СЗ РФ. 2014.
3. Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993г. № 4462-1 // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. № 10. Ст. 357.
4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001г. № 174-ФЗ // СЗ РФ. 2001. № 52 (ч. 1). Ст. 4921.
5. Федеральный закон от 24 июля 2002г. № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 30. Ст. 3019.
6. Федеральный закон от 31 мая 2002г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. № 23. Ст. 2102.

Об участии в вебинаре ФПА РФ

26.01.2018г. принял участие в вебинаре, проводимом ФПА РФ, в ходе которого прослушал лекцию «Сущность суда присяжных и возможности стороны защиты» члена Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, профессора кафедры судебной власти факультета права НИУ ВШЭ, заслуженного юриста РФ, судьи в отставке Пашина С.А., а также лекцию «Вопросы ответственности юридических лиц» заместителя Председателя Следственного Комитета РФ, генерал-полковника юстиции Фёдорова А.В. Первая лекция очень понравилась и была весьма полезна для повышения своей квалификации.

По ходатайству защитника уголовное преследование обвиняемого частично прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления.

Третьим следственным управлением г. Нижний Новгород Главного следственного управления СК РФ гражданин Б. был обвинён в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ «мошенничестве, т. е. хищении чужого имущества путём обмана, в особо крупном размере» и п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ «незаконном образовании (создании) юридического лица через подставное лицо, совершённое группой лиц по предварительному сговору».

После ознакомления с материалами оконченного расследованием уголовного дела защитник, со ссылкой на Примечание к ст. 173.1 УК РФ, заявил ходатайство о прекращении уголовного преследования обвиняемого по п. «б» ч. 2 ст. 173.1. УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

24.10.2017г. следователь согласился с доводами защитника и вынес по уголовному делу постановление о прекращении в отношении гражданина Б. уголовного преследования по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

Апелляционная жалоба потерпевшего вновь частично удовлетворена.

15.08.2017г. мировой судья судебного участка № 2 Оренбургского района Оренбургской области вынесла постановление о прекращении уголовного дела в отношении граждан С. и П. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ за отсутствием в их деяниях состава преступления.

Потерпевший Б., не согласился с данным приговором потому, что виновные лица причинили ему средней тяжести вред здоровью, похитили у него деньги, повредили его автомобиль, обжаловал его в апелляционном порядке. Потерпевший просил вышестоящую судебную инстанцию отменить данное постановление и возвратить уголовное дело прокурору для организации его дополнительного и качественного расследования.

13.10.2017г. Оренбургский районный суд Оренбургской области частично удовлетворил апелляционную жалобу потерпевшего Б., отменил это постановление и направил уголовное дело на новое рассмотрение со стадии назначения дела, в ином составе суда.

Обвинение в совершении тяжкого должностного преступления, было опровергнуто в суде материалами ОРД, ставшими доказательствами стороны защиты

25.08.2008г. в больнице г. Оренбурга, от множественных травм головы и тела, разрывов почки и селезёнки скончался бывший оперуполномоченный ОУР Дзержинского РОВД К., который перед смертью успел сообщить о его избиении тремя известными ему, ранее судимыми наркоманами, проживающими в соседнем дворе по ул. Брестской, которых он застиг при краже пива из ларька, внешние приметы которых он подробно описал. Факт кражи пива из ларька сразу же подтвердился, при осмотре ларька были обнаружены осколки бутылки, на которых имелись следы пальцев рук пригодные для идентификации. В те же сутки, по подозрению в причинении телесных повреждений К., повлекших его смерть, в РОВД были доставлены С., Ф. и Н., которые вначале признались в совершении данного преступления и дали признательные показания об этом, а на следующий день, будучи допрошенными в качестве свидетелей, от них отказались, объяснив это тем, что сотрудники милиции выбивали из них признательные показания путём применения к ним насилия и пыток, в чём участвовали все руководители и сотрудники ОУР, после чего, они были отпущены следователями из РОВД. По факту причинения телесных повреждений К., повлекших его смерть, 26.08.2008г. было возбуждено уголовное дело № 54/64 по ч. 4 ст.111 УК РФ.

27.08.2008г. С., Ф. и Н. обратились за юридической помощью в Оренбургское отделение межрайонной общественной организации «Комитет против пыток» (ОО МРОО «Комитет против пыток») и направили в СО СУ СК РФ по Оренбургской области заявления о привлечении к уголовной ответственности сотрудников милиции, причинивших им телесные повреждения, повлекшие лёгкий вред здоровью одного и не повлекших такого вреда двоим, по которым годами выносились незаконные и необоснованные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. К апрелю 2014г. они были вынесены 17 раз. Как только 07.04.2014г. заявители направили жалобу в ЕСПЧ, 09.04.2014г., т. е. по прошествии почти 6 лет с даты регистрации их заявлений о совершённом преступлении, тем же СО СУ СК РФ по Оренбургской области, в отношении неустановленных сотрудников Дзержинского РОВД, сразу же было возбуждено уголовное дело № 52/43 по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, «Превышение должностных полномочий, совершённых с применением насилия».

Поскольку, при многолетнем проведении доследственной проверки, следователи, не имея намерений всесторонне и объективно разобраться в произошедшем, надлежащую фиксацию и документирование обстоятельств произошедшего события не осуществляли, а потому, все возможности получения достоверных и достаточных доказательств были реально утрачены, следственный орган избран самую простую и незаконную тактику расследования этого уголовного дела, заключающую в доказывании виновности не всем причастным к применению насилия лицам, а только «стрелочникам», на которых укажут заявители, как на лиц, применявших к ним насилие.

08.10.2014г., в рамках реализации этой тактики, при полном отсутствии оснований предусмотренных ч. 2 ст. 193 УПК РФ, действующий оперуполномоченный по раскрытию серийных и заказных убийств УУР УМВД РФ по Оренбургской области А., был незаконно предъявлен для опознания С., Ф. и Н., которые опознали его как лицо, применявшее к ним насилие не по его внешним приметам и особенностям, а по изложению обстоятельства того, что он участвовал в их доставлении в августе 2008г. в Дзержинский РОВД. Затем между свидетелем А. и потерпевшими С., Ф. и Н., были проведены очные ставки, после которых, 27.03.2015г. оперуполномоченному А. было предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, предусмотренного п. п. «а» и «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, «Превышение должностных полномочий, совершённое с применением насилия и специальных средств».

В связи с наличием заключения дактилоскопической экспертизы, согласно которой на месте причинения телесных повреждений К., от которых он скончался, обнаруженные следы пальцев рук были оставлены С., полицейские продолжали проверять его, Ф. и Н. на причастность к совершению этого особо тяжкого преступления и по нераскрытому уголовному делу № 54/64-2008, проводили различные ОРМ, в т. ч. и прослушивание их телефонных переговоров (ПТП). Поскольку ПТП осуществлялось и в период проводимых следователем опознаний потерпевшими сотрудников полиции, включая А., оно точно зафиксировало сведения о том, как накануне этих опознаний, представители потерпевших — члены ОО МРОО «Комитет против пыток» Р. и М., имея от следователя информацию о том, кого предстоит опознавать, демонстрировали опознающим фотографии опознаваемых, т. е. фактически проводили первичные, «внепроцессуальные», незаконные предъявления для опознания лиц, которых им предстоит опознавать в ходе законных, процессуальных предъявлений для опознания.

УМВД РФ по Оренбургской области направило данные материалы ОРД в СУ СК РФ по Оренбургской области для приобщения их к расследуемому уголовному делу № 52/43 и дачи им законной юридической оценки, однако они были умышленно скрыты от надлежащего процессуального реагирования на них в другом уголовном деле № 54/64-2008, приостановленном производством в связи с не установлением лиц, подлежащих в качестве обвиняемых. В процессе осуществлённой защиты, адвокат добился:

  • осмотра скрываемых следствием материалов ОРД и приобщения их к расследуемому уголовному делу;
  • исследования (прослушивания) их в судебном заседании;
  • признания их вещественными доказательствами по настоящему уголовному делу;
  • признания судом трёх протоколов предъявления А. для опознания потерпевшим от 08.10.2014г. и всех, данных потерпевшими после этой даты показаний — недопустимыми доказательствами;
  • признания недоказанности виновности А. по пунктам «а» и «б» ч.3 ст. 286 УК РФ;

18.08.2017г. Дзержинский районный суд г. Оренбурга признал А. виновным по ч. 1 ст. 286 УК РФ, назначил ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 год и освободил его от этого наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Апелляционная инстанция изменила приговор и исключила из него виновность осужденного по ч.1 ст. 170.1 УК РФ

29.12.2016г. председатель ГСК-90/3 П. был осужден Ленинский районный суд г. Оренбурга по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком в 3 года, со штрафом в размере 100 000 рублей, и по ч.1 ст. 170.1. УК РФ – к штрафу в сумме 200 000 рублей.

01.03.2017г. Судебная коллегия по уголовным делам Оренбургского областного суда, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного и его защитников на незаконность и необоснованность вынесенного обвинительного приговора, и аналогичные жалобы потерпевших и апелляционное представление прокурора на необоснованную мягкость назначенного осужденному наказания, изменила вынесенный судом первой инстанции обвинительный приговор и исключила из него виновность П. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 170.1. УК РФ — «Фальсификации единого государственного реестра юридических лиц».

При наличии доказательств провокации коммерческого подкупа, управляющий ООО «Самарский ИТЦ» Нильский А.Ю, незаконно осужден за его получение к длительному сроку лишения свободы

27.02.2017г. Самарский районный суд г. Самары, при наличии достоверных доказательств реально осуществлённой в отношении бывшего управляющего ООО «Самарский ИТЦ» (входит в группу компаний ОАО «НК «Роснефть») Нильского А.Ю., конкретными лицами провокации коммерческого подкупа, незаконно признал его виновным по п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ в получении в неустановленное следствием время и месте, через посредника, предмета коммерческого подкупа денег, в сумме 5 150 000 рублей, и приговорил его к 7 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в сумме 190 миллионов рублей, при том, что этих денег от посредника и иных лиц, он никогда не получал.

Осужденный и его защитник обжаловали в апелляционном порядке в Самарский областной суд этот приговор и 7 постановлений суда первой инстанции, незаконно и необоснованно вынесенных при разбирательстве данного уголовного дела.

О различном законодательном закреплении принципов уголовного судопроизводства в России и в Казахстане

Опубликовано: Российское право: образование, практика, наука. № 1 (97). 2017.
АвторФурлет Сергей Петровичадвокат коллегии адвокатов «Союз московских адвокатов»

Аннотация: Выявлены количественные и качественные различия в принципах уголовного судопроизводства, закреплённых УПК Российской Федерации и УПК Республики Казахстан. Указано разное правоприменительное значение этих принципов в России и в Казахстане. Обращается внимание на несовершенство российского уголовно-процессуального законодательства, сделан вывод о необходимости разработки и принятия концептуально новых принципов уголовного судопроизводства в РФ.

Annotation: The article considers the quantitative and qualitative distinctions of the criminal procedure principles, which are legislative recognized in the Criminal Procedure Codes of the Russian Federation and the Republic of Kazakhstan. The author pays attention to the variable enforcement meaning of the principles in Russian and Kazakhstan. Also, the author points at the current imperfection of the Russian legislation, and concludes that it is necessary to draft and enact new and conceptually different criminal procedure principles in Russia.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, порядок уголовного судопроизводства, принципы уголовного судопроизводства, правоприменительное значение принципов уголовного судопроизводства.

Key words: criminal procedure in Russia and in Kazakhstan, order of the criminal procedure, criminal procedure principles, enforcement meaning of criminal procedure principles.

В Российской Федерации и в Республике Казахстан законодательное регулирование порядка уголовного судопроизводства во многом сходно, однако в нём имеются и различия, связанные с избранием РК курса на гуманизацию уголовного законодательства и уголовного судопроизводства, который был реализован в принятых в 2014 году новых Уголовном, Уголовно-процессуальном и Уголовно-исполнительном кодексах. Установленные в РФ и в РК принципы и порядок уголовного судопроизводства имеет существенные, речь о которых пойдёт ниже.

Источники, определяющих порядок уголовного судопроизводства и его принципы 

В числе источников, определяющих порядок уголовного судопроизводства, ст. 1 Уголовно-процессуального кодекса РФ закрепила сам УПК РФ, основанный на Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права, и международные договоры РФ.

Согласно ст. 1 УПК РК, таковыми источниками являются Конституция РК, конституционные законы, УПК РК, основанный на Конституции РК, общепризнанные принципы и нормы международного права, иные законы, регулирующие порядок уголовного судопроизводства, международные договоры РК, нормативные постановления Конституционного Совета и Верховного Суда РК.[i]

Как видим, в УПК РФ установлено три источника, а в УПК РК – восемь. В УПК РК Конституция значится на первом месте, а в российском УПК РФ Конституция РФ в качестве такого самостоятельного источника вообще не указана, несмотря на то, что она «имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации». Такое законодательное несовершенство вынуждает Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ давать правоприменителям разъяснения о высшей юридической силе положений Конституции РФ и их «верховенстве над законами и иными нормативными правовыми актами».[ii]

Включение нормативных постановлений Конституционного Совета и Верховного Суда РК в перечень источников, определяющих порядок уголовного судопроизводства в РК, не случайно, поскольку, в соответствии с ч.1 ст. 4 Конституции РК, они включены в действующим правом и общеобязательны для всех после их официального опубликования.

Кроме того, ст. 2 УПК РК установлена иерархия правовых норм, имеющих преимущественную силу, согласно которой Конституция РК имеет высшую юридическую силу и прямое действие на всей территории РК, при этом закрепляются следующие правила:

- в случае противоречия между правилами, установленными УПК РК и Конституцией РК, действуют положения Конституции РК;

- в случае противоречия между правилами, установленными УПК РК и конституционным законом РК, действуют положения конституционного закона РК;

- в случае противоречия между правилами, установленными УПК РК и иными законами РК, действуют положения УПК РК.

В УПК РФ такие нормы отсутствуют.

Закрепление понятия «принципы уголовного судопроизводства»

В общем виде принципы уголовного судопроизводства — это главенствующие, основополагающие и руководящие правовые нормы, определяющие характер и правила осуществления уголовного процесса, содержание всех его институтов, обеспечивающих правосудие по уголовным делам, находящимся в производстве органов дознания, предварительного следствия и суда.

Несмотря на достаточную научную проработанность принципов уголовного судопроизводства, в УПК РФ нет законодательного закрепления понятия этих принципов, что отрицательно сказывается на формировании единообразной правоприменительной практики по целому ряду процедурных вопросов осуществления уголовного судопроизводства.

В УПК РК такого законодательного пробела нет. Согласно ч.1 ст. 9 УПК РК, принципами уголовного судопроизводства являются фундаментальные начала уголовного  процесса, определяющие систему и содержание его стадий, институтов и норм, обеспечивающих общие условия реализации прав и обязанностей участников уголовного процесса и решение стоящих перед ним задач.

Количество закреплённых принципов

УПК РФ закреплено 16 принципов уголовного судопроизводства, а УПК РК – 22. В УПК РК нет лишь одного принципа, предусмотренного ст. 6.1 УПК РФ, — «разумного срока уголовного судопроизводства». Его отсутствие объясняется тем, что в УПК РК каждое процессуальное действие, решение, стадия расследования или судебного разбирательства настолько жёстко регламентировано по срокам, что для волокиты не остаётся времени. Согласно ч.1 ст. 50 УПК РК процессуальные действия, совершённые участником уголовного процесса по истечении срока, считаются недействительными, что реально мотивирует всех на соблюдение сроков судопроизводства. В главе 17 УПК РФ такая норма отсутствует.

В российском УПК отсутствует следующие принципы, установленные УПК РК:

1) принцип судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, который означает право каждого на судебную защиту своих прав и свобод, включающее для каждого: невозможность без его согласия изменять подсудность, предусмотренную для него законом, обеспечение доступа к правосудию, компенсацию причинённого ущерба в случаях и порядке, установленных законом. В свете конституционного положения о высшей ценности в России человека, его прав и свобод, отсутствие такого принципа в УПК РФ, является очевидным пробелом законодательства;

2) принцип неприкосновенности собственности, закрепляющий невозможность лишения своего имущества иначе как по решению суда и предусматривающий наложение ареста на вклады в банках и другое имущество, а также изъятие этого имущества только в случаях и порядке, предусмотренном УПК РК. Несмотря на то, что признание, охрана и защита всех форм собственности, в том числе частной, составляет одну из основ конституционного строя РФ и правового статуса личности в РФ, в российском УПК соответствующий принцип не установлен. Это используют некоторые представители правоохранительных органов для организации и осуществления незаконного уголовного преследований субъектов предпринимательской деятельности, в целях отъёма у предпринимателей их собственности. На недопустимость таких действий указал   Президент РФ в своём Послании Федеральному Собранию РФ 2015г.;

3) принцип недопустимости повторного осуждения и уголовного преследования, согласно которому никто не может быть подвергнут повторно уголовной ответственности за одно и то же уголовное правонарушение;

4) принцип всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, обязывающий суд, прокурора, следователя, дознавателя принимать предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств, необходимых для правильного разрешения дела и одновременно  запрещающий суду по собственной инициативе собирать дополнительные доказательства в целях устранения неполноты досудебного расследования; обязывающий орган, который ведёт уголовный процесс, проверять все заявления о невиновности или меньшей степени виновности лица и применении недозволенных методов следствия при собирании и закреплении доказательств;

5) принцип обеспечения права на квалифицированную юридическую помощь, согласно которому каждый имеет право на получение квалифицированной юридической помощи в ходе уголовного процесса в порядке, предусмотренном УПК РК. Несмотря на то, что Конституция РФ гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи, такой нормы нет в УПК РФ.

Отсутствие в УПК РФ указанных принципов уголовного судопроизводства, конечно же, не способствует ни защите прав, свобод и законных интересов физических и юридических лиц, ставших участниками уголовного процесса, ни повышению качества отправления правосудия.

 Содержание принципов 

В УПК РФ и УПК РК имеются схожие по формулировкам принципы уголовного судопроизводства, но несколько различающиеся по содержанию.

Принцип законности

В России суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК РФ. В РК принцип законности означает, что указанные субъекты обязаны точно соблюдать требования Конституции РК, УПК РК, иных нормативных правовых актов, указанных в статье 1 УПК РК; не применять законы и иные нормативные правовые акты, ущемляющие права и свободы человека, которые закреплены Конституцией РК.

В России, допущенные судом, прокурором, следователем, органом дознания и дознавателем в ходе уголовного судопроизводства нарушения норм УПК РФ влекут за собой признание недопустимыми доказательств, полученных незаконным путём, а в РК подобные действия влекут установленную законом ответственность, признание недействительными незаконных актов и их отмену.

Принцип осуществления правосудия только судом 

Согласно ст. 8 УПК РФ правосудие осуществляется только судом, лицо может быть признано виновным и подвергнуто уголовному наказанию только по приговору суда, подсудимый не может быть лишён права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено УПК РФ.

Статья 11 УПК РК закрепляет аналогичные положения, а также нормы об уголовной ответственности лиц, присвоивших себе полномочия суда, о невозможности учреждения чрезвычайных и специальных судов под каким бы то ни было названием, о незаконности и отмене приговора и иного решения суда, осуществившего уголовное судопроизводство по неподсудному ему делу, превысившему свои полномочия или иным образом нарушившему принципы уголовного судопроизводства, закреплённые УПК РК. 

Принцип уважения чести и достоинства личности  

Статья 9 УПК РФ запрещает действия и решения, унижающие честь участника уголовного судопроизводства; обращение, унижающее его человеческое достоинство, создающее опасность для его жизни и здоровья; насилие, пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение.

Статья 13 УПК РК устанавливает такие же запреты, а также нормы о недопустимости сбора, использования и распространения сведений о частной жизни, которое лицо считает необходимым сохранить в тайне, для целей, не предусмотренных УПК РК, о возмещении морального вреда, причинённого незаконными действиями органов, ведущих уголовный процесс.

Принцип охраны прав и свобод человека и граждан в уголовном судопроизводстве  

В РФ суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснить участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность, а также обеспечить возможность осуществления этих прав.

В РК суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны охранять права и свободы участников уголовного процесса, создавать условия для их осуществления, принимать своевременные меры к удовлетворению законных требований граждан, возмещать вред, причинённый гражданину в результате нарушения его прав и свобод, в предусмотренном законом порядке. 

Принцип тайны переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений

В РФ допускаются ограничение прав граждан на тайну переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, наложении ареста на эти отправления, их выемку в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров, получение информации о соединениях между абонентами только на основании судебных решений.

В УПК РК устанавливается правило о том, что частная жизнь граждан, личная и семейная тайна находятся под охраной закона; каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений; при производстве по уголовному делу каждому обеспечивается право на неприкосновенность частной (личной и семейной) жизни, и их ограничения допускаются только в случаях, прямо установленных законом; никто не вправе собирать, хранить, использовать и распространять информацию о частной жизни лица без его согласия, кроме случаев, предусмотренных законом.

Принцип состязательности сторон

Статья 15 УПК РФ гласит:

уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности;

функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо;

суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или стороне защиты;

стороны обвинения и защиты равны перед судом.

В ст. 23 УПК РК помимо изложенных выше закреплены следующие положения:

органы уголовного преследования, а при производстве в суде – государственные и частные обвинители обязаны доказывать виновность лица в совершении уголовного правонарушения и опровергать его доводы в свою защиту;

защитники обязаны использовать все предусмотренные законом средства и способы защиты подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного и оправданного;

суды, сохраняя объективность и беспристрастность, обязаны создавать необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления представленных им прав;

стороны равноправны, т. е. наделены согласно Конституции РК и УПК РК равными возможностями отстаивать свою позицию;

суд основывает процессуальное решение лишь на тех доказательствах, участие в исследовании которых на равных основаниях было обеспечено каждой стороне.

 Принцип обеспечения подозреваемому, обвиняемому права на защиту

Статья 16 УПК РФ обязывает суд, прокурора, следователя и дознавателя разъяснять подозреваемому, обвиняемому их права на защиту и обеспечивать им возможность защищаться всеми, не запрещёнными УПК РФ способами и средствами, а ст. 26 УПК РК обязывает их помимо этого также принимать меры к охране личных и имущественных прав подозреваемого, обвиняемого;

В ст. 16 УПК РФ нет запрета на понуждение подозреваемого, обвиняемого к даче показаний, представлению органам расследования каких-либо материалов, оказанию им какого — либо содействия, а в ст. 26 УПК РК такой запрет прописан.

 Правоприменительное значение принципов

В УПК РФ нет нормы, определяющей правоприменительное значение принципов уголовного судопроизводства, а в УПК РК – она есть. Часть 2 ст. 9 УПК РК прямо указывает на то, что нарушение принципов уголовного процесса в зависимости от его характера и существенности влечёт:

признание процессуального действия или решения, незаконным;

отмену вынесенных в ходе такого производства решений;

признание собранных при этом материалов, не имеющими силы доказательств;

признание состоявшегося производства по делу, недействительным.

Поскольку в УПК РФ такая норма отсутствует, закреплённые в нём принципы уголовного судопроизводства в реальной правоприменительной практике часто нарушаются, потому что одно только их законодательное закрепление, без регулирования юридических последствий их нарушения, имеет декларативный характер.

Некоторые субъективные выводы

В российском уголовном судопроизводстве Конституция РФ фактически является опосредованным (не прямым) источником (несмотря на закреплённый в Конституции принцип её прямого действия), а в Казахстане Конституция РК непосредственно участвует в регулировании порядка уголовного судопроизводства.

В УПК РФ, в отличие от УПК РК, нет норм, предусматривающих применение федеральных конституционных законов в определении порядка осуществления уголовного судопроизводства.

В УПК РК прямо предусмотрено применение иных законов РК в определении порядка осуществления уголовного судопроизводства (круг таких законов устанавливается утверждаемым распоряжением Премьер — Министра РК Перечнем нормативных правовых актов, принятие которых необходимо в целях реализации УПК РК), а в российском уголовном процессе применение иных федеральных законом не предусмотрено.

Практическое значение принятой в Казахстане регламентации состоит в том, что при расследовании любого уголовного дела казахстанский следователь всегда обязан соблюдать требования включённых в указанный Перечень законов РК, например, об адвокатской, экспертной деятельности, о бухгалтерском учёте и других, а российский следователь такой обязанности не имеет.

УПК РК обязывает судей, прокуроров, следователей и дознавателей соблюдать Конституцию РК при производстве по уголовному делу, а в УПК РФ аналогичная обязанность возложена только на судей.

В содержание принципа законности, установленного УПК РК, входит и запрет судам    применять законы и иные нормативные правовые акты, ущемляющие конституционные права и свободы человека и гражданина, в то время как в УПК РФ принцип законности   такой запрет не охватывает.

Закреплённые в УПК РФ принципы направлены скорее, на сохранение в российском уголовном процессе обвинительного уклона, в то время как анализ содержания принципов, изложенных в УПК РК, позволяет сказать, что они направлены на преодоление этого уклона и реализацию состязательности и равноправия сторон в уголовном судопроизводстве.

Поскольку закрепить современные и прогрессивные основополагающие начала уголовного судопроизводства невозможно путём внесения в действующий УПК РФ отдельных изменений и дополнений, представляется целесообразным разработать и принять Концепцию правовой политики РФ и новый УПК РФ.

 


[i]. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 04.07.2015г. № 231-V (с изменениями и дополнениями на 13.11.2015г.).

[ii]. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия (с изменениями, внесёнными постановлениями Пленумов от 06.02.2007г. №5 и от 16.04.2013г. № 9).

О различном законодательном закреплении процессуальных обязанностей следователя в России и в Казахстане

Опубликовано: Российское право: образование, практика, наука. № 4 (94). 2016.
АвторФурлет Сергей Петровичадвокат коллегии адвокатов «Союз московских адвокатов»

Аннотация: Сравниваются нормы уголовно-процессуальных кодексов Российской Федерации и Республики Казахстан, устанавливающие процессуальные обязанности следователя при расследовании им уголовного дела. Выявлены существенные различия в законодательной регламентации порядка осуществления уголовного судопроизводства, напрямую влияющие на юридическую технику возложения на следователя конкретных процессуальных обязанностей, их содержание и объём.

Ключевые слова: Российская Федерация, Республика Казахстан, уголовное судопроизводство, Уголовно-процессуальный кодекс, следователь

Annotation: The article considers the detail analysis of comparative study of the regulations of the Criminal Procedural Codes of the Russian Federation and the Republic of Kazakhstan, which establish the procedural responsibilities of an investigator. The author represents the sufficient differences of legislative regulation of the duties, which influenced on the judicial technics of placing to an investigator the procedural duties, their content and scope.

Key words: the Russian Federation, the Republic of Kazakhstan, criminal procedure, legislation, determined the criminal procedure, procedural duties of an investigator.

Согласно Уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации и Республики Казахстан следователем является должностное лицо, уполномоченное в пределах своей компетенции осуществлять предварительное следствие (досудебное расследование) по уголовному делу. Права и обязанности следователя установлены законами, определяющими порядок осуществления уголовного судопроизводства, закреплённого уголовно-процессуальными кодексах РФ и РК. Указанные права и обязанности регламентированы в них по-разному.

В России и в Казахстане Конституция РФ и соответственно Конституция РК имеют высшую юридическую силу и прямое действие, однако это по-разному закреплено в УПК РФ и в УПК РК .

Согласно ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на территории РФ устанавливается УПК РФ, основанным на Конституции РФ. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ, являются составной частью законодательства РФ, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотрены УПК РФ, то применяются правила международного договора.

По ст. 1 УПК РК порядок уголовного судопроизводства на территории РК определяется: Конституцией РК, конституционными законами, УПК РК, общепризнанными принципами и нормами международного права, положениями иных законов, регулирующих порядок уголовного судопроизводства, подлежащих включению в УПК РК, в соответствии с Перечнем нормативных правовых актов, необходимых для реализации УПК РК от 04 июля 2014г. и Закона РК от 04 июля 2014г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам совершенствования уголовно-процессуального законодательства», международными договорами и иными обязательствами РК, нормативными постановлениями Конституционного Совета и Верховного суда РК, регулирующих порядок уголовного судопроизводства, являющихся составной частью уголовно-процессуального права.

Очевидны значительные различия в законодательном закреплении законов, определяющих порядок осуществления уголовного судопроизводства в РФ и РК:

1) в России указанный порядок установлен УПК РФ, основанным, как предлагается, на нормах Конституции РФ, а в Казахстане — непосредственно, и в-первую очередь, нормами Конституции РК и только потом нормами УПК РК;

2) в Казахстане порядок осуществления уголовного судопроизводства определяется, в том числе, конституционными законами РК, а в России федеральные конституционные законы в определении этого порядка не участвуют;

3) в России постановления Конституционного Суда РФ и постановления Пленумов Верховного Суда РФ не входят в систему источников права и не закрепляют порядок осуществления уголовного судопроизводства, а в Казахстане нормативные постановления Конституционного Совета и Верховного суда Республики включены в систему источников права, напрямую определяют порядок осуществления уголовного судопроизводства и после их официального опубликования являются общеобязательными.

Неурегулированность в УПК РФ перечня законов, определяющих порядок осуществления уголовного судопроизводства имеет самые негативные последствия для правоприменительной практики, которые выражаются в том, что многие российские следователи при расследовании уголовных дел игнорируют требования Конституции РФ и некоторых федеральных законов, имеющих непосредственное отношение к порядку осуществления уголовного судопроизводства. В частности, это Федеральные законы: «О государственной судебно-экспертной деятельности», «О бухгалтерском учёте», «Об оперативно-розыскной деятельности», «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и др.

Например, согласно п. 5 ч. 3 ст. 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» совет адвокатской палаты субъекта РФ имеет исключительное, т. е. принадлежащее только ему, право определять порядок оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия или суда. Однако многие российские следователи абсолютно безнаказанно, по-своему трактуя нормы ч. 3 ст. 16, ч. ч. 2 — 5 ст. 50, ч. 3 ст. 51 УПК РФ об обеспечении обязательного участия защитника в уголовном процессе должностными лицами, осуществляющими производство по уголовному делу, стали незаконно осуществлять практику личного участия в определении (назначении) конкретного, чаще всего, «своего» адвоката в качестве защитника по делам, находящимся в их производстве. Незаконная деятельность «карманных адвокатов» содействовала коррупции в российском уголовном судопроизводстве.

Такое непродуманное установление в УПК РФ источников, определяющих порядок осуществления уголовного судопроизводства обусловило и другие особенности возложения на российского следователя конкретных процессуальных обязанностей, а также объём и содержание этих обязанностей.

Юридическая техника возложения на следователя процессуальных обязанностей

В России правовой статус следователя как участника уголовного судопроизводства, в основном установлен ст. 38 УПК РФ, которая, впрочем, регламентирует только его права. Обязанности же закреплённы в нормах, которые содержатся в различных статьях, главах и разделах УПК РФ.

Правовое положение казахстанского следователя определено ст. 60 УПК РК, в которой помимо прав предусмотрены его основные процессуальные обязанности, а именно:

• принимать все меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела;
• осуществлять уголовное преследование лица, в отношении которого собраны достаточные доказательства, указывающие на совершение им уголовного правонарушения, путем квалификации деяния подозреваемого, избрания ему в соответствии с УПК РК меры пресечения, составления обвинительного акта с изложением обстоятельств уголовного правонарушения, описанием собранных доказательств;
• в случаях, предусмотренных УПК РК, уведомлять прокурора об установлении обстоятельств, позволяющих заключить процессуальное соглашение;
• принимать меры к установлению имущества подозреваемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за его действия;
• принимать меры к установлению имущества, добытого преступным путем либо приобретенного на средства, добытые преступным путем, переданного в собственность других лиц.

Другие процессуальные обязанности казахстанского следователя, как и российского, «разбросаны» по разделам, главам и статьям УПК РК.

Объём установленных обязанностей

Сравнительный анализ всех предусмотренных УПК РФ и УПК РК процессуальных обязанностей следователей свидетельствует о том, что казахстанские законодатели возложили на своего следователя значительно больше таких обязанностей, чем их российские коллеги на следователя РФ. Перечислим обязанности казахстанского следователя при расследовании каждого уголовного дела.

В сфере соблюдения законности:

точно соблюдать требования Конституции РК, конституционных законов, положения иных законов, регулирующих порядок уголовного судопроизводства и подлежащих включению в УПК РК, в соответствии с Перечнем нормативных правовых актов, необходимых для реализации УПК РК и Закона РК от 04 июля 2014г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам совершенствования уголовно-процессуального законодательства» (ч.1 ст. 10 УПК РК);

до получения от лиц, обладающих государственными секретами или охраняемой законом тайны, обязан «в протоколе соответствующего процессуального действия сделать запись и ознакомить с нею под роспись лицо о необходимости получения от него указанных сведений, исключительно для производства по уголовному делу и о сохранении в отношении полученных сведений конфиденциальности в порядке, предусмотренном законом» (ч.2 ст. 47 УПК РК).

При производстве расследования:

доказывать виновность лица в совершении уголовного правонарушения и опровергать его доводов в свою защиту;

выявлять фактические данные, на основе которых устанавливать обстоятельства, имеющие значение для дела;

выяснять все уличающие и оправдывающие подозреваемого (обвиняемого) обстоятельства, проверять все заявления о невиновности или меньшей степени виновности лица, о наличии доказательств, оправдывающих подозреваемого (обвиняемого), а также о применении недозволенных методов следствия при собирании и закреплении доказательств;

при прекращении уголовного дела и при наличии в действиях лица признаков административного или дисциплинарного (коррупционного) правонарушения в течение 10 суток направить в уполномоченные органы (должностным лицам) материалы для решения вопроса о привлечении к административной или дисциплинарной ответственности;

принимать от стороны, иных лиц, руководителей и других должностных лиц предприятий, учреждений, организаций предметы и документы, которые, по их мнению, могут иметь значение для дела, осмотреть их в порядке, установленном УПК РК; если они не имеют значение для дела — возвратить их по принадлежности, а если они имеют значение вещественных доказательств, оставить их при деле и выдать лицу, их представившему копию протокола осмотра, заверенную своей подписью.

По отношению ко всем участникам уголовного процесса:

охранять права и свободы граждан, участвующих в уголовном процессе, создавать условия для их осуществления, принимать своевременные меры к удовлетворению законных требований участников уголовного процесса;

обеспечивать каждому право на неприкосновенность частной (личной и семейной) жизни;

независимо от принятия мер безопасности, при наличии к тому оснований, начать досудебное расследование в связи с обнаружившейся угрозой совершения, запрещенного уголовным законом деяния в отношении потерпевшего, свидетеля, подозреваемого, другого лица, участвующего в уголовном судопроизводстве;

удовлетворять заявленные ходатайства, если они способствует всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела, обеспечению прав и законных интересов участников процесса или других лиц;

оказывать содействие стороне в обеспечении явки специалистов или свидетелей, о допросе которых она ходатайствует, в том числе с применением предусмотренных законом мер процессуального принуждения;

рассматривать в срок не более трёх суток с момента получения, поданные заявления (ходатайства) лиц, не являющихся участниками уголовного процесса о признании их подозреваемыми, потерпевшими, частными обвинителями, гражданскими истцами, гражданскими ответчиками, их законными представителями и представителями и немедленно уведомлять их о принятом решении, посредством направления им копий соответствующих постановлений;

повторно разъяснить участнику уголовного процессе его права и обязанности по его просьбе;

сообщить участникам процесса фамилии лиц, которым может быть заявлен отвод, и другие необходимые данные о них;

при намерении участника процесса, после ознакомления с материалами уголовного дела изложить своё ходатайство в письменном виде — представить ему необходимое время для подготовки (не более трёх суток), о чём сделать отметку в протоколе об ознакомлении;

в случае полного или частичного отказа в удовлетворении заявленных после ознакомления с материалами дела ходатайств лица — вынести соответствующее постановление, копию которого в течение суток вручить лицу, заявившему ходатайство, лично или направить ему через доступные средства связи.

По отношению к потерпевшему:

обеспечить потерпевшему доступ к правосудию и принять меры к возмещению вреда, причиненного уголовным правонарушением;

разъяснить потерпевшему право на предъявление гражданского иска в уголовном процессе и обеспечить возмещение имущественного вреда, причиненного уголовным правонарушением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в уголовном процессе, включая расходы на представителя, по правилам, установленным УПК РК.

По отношению к свидетелю:

обязательно назначить и провести экспертизу, если по делу необходимо установить психическое или физическое состояние свидетеля в случае, когда возникают сомнения по поводу его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания.

По отношению к подозреваемому (обвиняемому):

немедленно сообщать каждому задержанному основания задержания, а также то, в совершении какого, предусмотренного уголовным законом деяния он подозревается;
принимать меры к реабилитации невиновного;

разъяснить подозреваемому (обвиняемому) его права и обеспечить ему возможность защищаться от подозрения (обвинения) всеми не запрещенными законом средствами, а также принять меры к охране его личных и имущественных прав.

найдя подозрение необоснованным, незамедлительно принять меры к отмене применённых в отношении подозреваемого мер процессуального принуждения в порядке УПК РК;

безотлагательно уведомлять подозреваемого о принятых процессуальных решениях, затрагивающих его права и законные интересы, за исключением вопросов, касающихся негласных следственных действий, и представлять ему их копии.

безотлагательно уведомлять о задержании конкретного лица по указанному им телефону по месту жительства или по месту работы задержанного о месте его содержания, если такое уведомление, сделанное самим задержанным, может воспрепятствовать досудебному расследованию; безотлагательно уведомить кого-либо из совершеннолетних членов его семьи, а при отсутствии их — других родственников или близких лиц или предоставить возможность такого уведомления самому подозреваемому;

направлять в государственные органы социальной помощи, опеки и попечительства поручения об организации присмотра, ухода и временного помещения в государственные органы социальной помощи или медицинские организации несовершеннолетних, а также нетрудоспособных лиц, оставшиеся в результате содержания под стражей родителя или кормильца, а равно других действий органа, ведущего уголовный процесс, без присмотра, ухода и средств к существованию, а также направлять поручения об организации присмотра, ухода за указанными лицами;
направлять в государственные органы и организации поручения об организации присмотр за имуществом лица, содержащегося под стражей и ухода за принадлежащими ему животными, по его просьбе и за его счёт.

По отношению к защитнику:

приглашать другого защитника или принимать меры к назначению защитника только через профессиональную организацию адвокатов или её структурные подразделения;
обязательно приобщать к материалам уголовного дела собранные и представленные защитником предметы, документы и иные данные, необходимые ему для оказания юридической помощи;

заблаговременно извещать адвоката-защитника, о времени и месте производства процессуального действия с участием подзащитного;

предъявить подозреваемому и его защитнику все материалы дела (за исключением списка обвинения), которые должны быть подшиты, пронумерованы, внесены в опись листов дела, прошнурованы и скреплены печатью соответствующего следственного органа.

Объём установленных запретов

Как известно, следователи обеспечивают законность, своевременность и качество предварительного следствия не только осуществлением своих полномочий, исполнением возложенных процессуальных обязанностей, но и соблюдением установленных законом запретов на совершение конкретных действий или принятие определённых решений. В связи с этим, казахстанскому следователю, при расследовании уголовного дела запрещено:

- собирать, использовать и распространять сведения о частной жизни, а также сведения личного характера, которые лицо считает необходимым сохранить в тайне для целей, не предусмотренных УПК РК (ч.1 ст. 13 УПК РК);

- понуждать подозреваемого (обвиняемого) к даче показаний, представлению органам уголовного преследования каких-либо материалов, оказанию им какого бы то ни было содействия (ч.5 ст. 26 УПК РК);

- рекомендовать пригласить в качестве защитника определённое лицо (ч. 3 ст. 68, ч. 2 ст. 76 УПК РК);

- отказать в удовлетворении ходатайства о допросе специалистов или свидетелей, явка которых обеспечена сторонами (ч. 5 ст. 99 УПК РК);
проводить негласные следственные действия в отношении адвокатов, осуществляющих профессиональную помощь, за исключением случаев, когда имеются основания полагать, что ими готовится или совершено тяжкое, или особо тяжкое преступление (ч. 8 ст. 232 УПК РК).

Если бы на российских следователей законодательно были возложены указанные процессуальные обязанности и если бы для них были установлены такие же запреты, качество расследования уголовных дел стало бы совсем другим.

Президенту РФ в ежегодном Послании Федеральному Собранию Российской Федерации от 03 декабря 2015г. не пришлось бы говорить о том, что за 2014г. следственными органами РФ было возбуждено почти 200 тыс. уголовных дел по так называемым экономическим составам, причём до суда дошли 46 тыс., ещё 15 тысяч «развалилось» в суде, а большинство предпринимателей (83%), на которых были заведены уголовные дела, полностью или частично потеряли бизнес (т.е. их «попрессовали, обобрали и отпустили»).

Цифры, озвученные главой государства, могут означать, что должностные лица органов предварительного следствия допустили в 2014г. допустили не менее 169 тыс. фактов привлечения заведомо невиновных к уголовной ответственности. Неужели законодатели так не поставят надёжный заслон самой возможности нарушения российскими правоохранителями требований Конституции и других законов?